mgsupgs | "Хромая Лошадь" образца 1946 года.

4 января 1946 года в Минске заседало Бюро ЦК КП(б)Б. Среди присутствовавших был руководитель компартии Беларуси П.Пономаренко, начальник республиканского НКГБ Л. Цанава, нарком НКВД Беларуси С. Бельченко и еще 13 ответственных работников. Лица присутствующих были напряжены. В этом не было ничего удивительного, ведь на заседании обсуждался вопрос о массовой гибели людей в пожаре, произошедшем накануне в столичном клубе госбезопасности. Вечер 3 января 1946 года не предвещал беды. В расположенном на Площади Свободы Клубе НКГБ собиралась молодежь. Отличники учебы, дети высокопоставленных партийных деятелей БССР, молодые офицеры. У всех у них были пригласительные на первый послевоенный новогодний бал-маскарад. На это мероприятие попали «лучшие из лучших». Всего в клубе собралось более 500 человек.

Бал-маскарад

…В конце декабря 1945 г. в уцелевшем во время войны и оккупации здании на Площади Свободы активно готовились к новогоднему празднику. Была установлена большая ёлка, украшенная гирляндами и ватой. Но праздник в ночь с 31 декабря на 1 января провести не удалось. Банально отсутствовало электричество. Свет обещали дать только 3 января. На этот день и был назначен бал-маскарад.

Место, где произошла трагедия

Билеты на бал распределял горком комсомола и их получали отличники учебы, активисты, ну и, конечно, дети высокопоставленных чиновников БССР. Впрочем, были и те, кому билет достался, так сказать, «по знакомству». Одна из выживших в той трагедии Лилия Чижик вспоминала, что пригласительный она получила от подруги Люси Рабцевич, с которой Чижик училась на первом курсе мединститута. Отец Рабцевич был Героем Советского Союза и комендантом Клуба НКГБ. Вот он и постарался, чтобы дочь пошла на бал в хорошей компании.

Время было тяжелое, республика лежала в руинах. Но все же, руководство Минска нашло средства для того, чтобы организовать бал и приготовить подарки для гостей. Под ёлкой тогда оказались продукты питания и одежда. Все, в основном американского производства.

Накануне бала Минск наводнили слухи, что на праздник пожалует все руководство Советской Беларуси. Развлекать публику, собравшуюся в Клубе НКГБ, должны были известные белорусские артисты, а также оркестр Белорусского военного округа. В день мероприятия вход в Клуб осуществлялся строго по пригласительным билетам.

Гостиный двор в Минске

Дело в том, что в соседнем крыле здания работала комиссия по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их пособников. Во время оккупации в этом доме находилось гестапо, весь архив которого после освобождения Минска в июле 1944 г. достался советским специальным органам. Именно с этими нацистскими документами и работали сотрудники советской комиссии. Вход в эту часть здания был закрыт и находился под усиленной охраной (впоследствии этот факт сыграет роковую роль для многих пришедших на бал). Кроме этого, в подвале здания находились камеры, в которых содержались пленные немцы, находившиеся «под следствием».

Перед главным залом на третьем этаже была «комната сказок». Гостей встречали Дед Мороз, Снегурочка, зайцы, белки. Очень многое из украшений были сделаны из легковоспламеняющихся материалов: бумаги и ваты. Да и на многих приглашенных были маскарадные костюмы, сделанные из марли и бумаги.

Трагедия

В зале играл духовой оркестр, молодежь танцевала, в Клубе царила атмосфера веселья и радости. И вот наступил долгожданный момент, когда на новогодней ёлке должна была загореться гирлянда. И она «загорелась». В прямом смысле. Военный оркестр играл «Утомленное солнце», молодежь была увлечена танцем, и восприняла, чей-то пронзительный крик «Пожар!», как очередную новогоднюю шутку. Но вскоре пламя перекинулось на большую фигуру Деда Мороза, набитую ватой и на другие предметы. Через несколько минут горело уже все вокруг.

Гости бросились к лестнице, ведущей наружу, но и там был огонь. Очевидцы затем вспоминали, что пожар начался именно в «Комнате сказок», которая была перед главным залом. Пробиться через эту, объятую огнем комнату к спасительному выходу было не возможно, а лестница между этажами была перекрыта кованными воротами на замке.

Одной из чудом выживших в том аду, была минчанка Цицилия Ионичева. По ее воспоминаниям первыми к охваченному огнем клубу НКГБ подъехали не пожарные, а военнослужащие внутренних войск и стали вытаскивать ящики с нацистским архивом. Девушка бросилась к дежурному и взмолилась о том, чтобы солдаты открыли двери на лестницу. Но в ответ боец ответил, что не имеет права этого делать, так как лестница связана с соседним крылом и солдатам приказано охранять архив.

Для того, чтобы представить ту ужасную ситуацию, стоит вспомнить голливудский фильм-катастрофу «Титаник». Помните момент, когда пассажирам нижних палуб не разрешали подниматься наверх. Похожий ад происходил и в охваченном огнем Клубе НКГБ в Минске.

Все помещение заволокло едким желтым дымом. Осознав, что выхода нет, мужчины стали выбивать окна. Выбравшись из окна, люди заметили, что нижний этаж также пылает. Кому то удалось выбраться на чердак, а оттуда по водосточной трубе спустится вниз. Но большинству пришлось прыгать с третьего этажа. По воспоминаниям очевидцев повезло тем, кто прыгал позже. Они приземлялись на трупы, лежавшие на земле, что смягчало удар. Одна из выживших тогда Елена Демидович вспоминала, что из подвала доносился жуткий вой и крики по-немецки. Это кричали арестованные немцы. Девушка решилась выпрыгнуть из окна. Рядом с ней на ноги приземлилась другая девушка и у нее из кожи выскочили кости. На балконе метался военный, сзади пламя, впереди высота. Офицер смотрел вниз и видел, как разбиваются люди. Через секунду он достал пистолет из кобуры...Вскоре обвалились перекрытия третьего этажа.

Некоторым людям удалось спастись, пробившись через заваленный мусором «черный ход». Дверь там была не закрыта.

Фамилия Елены Димидович была выбита на памятнике жертвам пожара по ошибке

Лилия Чижик, та самая, для которой билет «достал» комендант Клуба НКГБ, спаслась, выпрыгнув из здания. Девушке повезло, и она не разбилась. Оказавшись на улице, она искала Люсю Рабцевич, но подруга не спаслась. После того, как пожар будет потушен, на пепелище отец найдет лишь браслет дочери.

Останки жертв хоронили в цинковых гробах

На утро на Площади Свободы стали собираться люди. Они пытались найти детей, которых сберегли во время нацисткой оккупации, и которые погибли уже в мирное время. Обгоревшие тела и останки погибших выносили из сгоревшего здания и укладывали вдоль дороги. Тел было очень много. Их складывали в два ряда. Рядом ходили обезумевшие от горя люди и пытались опознать по останкам одежды и обуви своих детей.

Памятник жертвам страшного пожара в Минске в 1946 г. на Военном кладбище

В ту страшную ночь в огне погибло несколько сотен молодых парней и девушек. 4 января 1946 г. в Минске прошло экстренное заседание бюро ЦК КП(б)Б на котором пожар в Клубе НКГБ в Минске «оценили» как, «ЧП, имеющее политический характер». В протоколе заседания № 317 (документ хранится в Национальном архиве Республики Беларусь – «Историческая правда») также было отмечено, что «организаторы мероприятия проявили полную беспечность и безответственное отношение к его проведению. Ни обеспечили должного руководства и необходимых мер, которые должны были гарантировать соблюдение порядка и безопасности в помещении, где проходил бал-маскарад».

В итоге, секретарю горкома Горину и секретарю ЦК ЛКСМБ Зимянину объявили выговор, а секретаря горкома по пропаганде Молочко сняли с должности. Директора клуба осудили на 6 лет тюремного заключения, а коменданта Рабцевича, хоть и арестовали, но вскоре выпустили. Дочь этого человека сгорела заживо, и поэтому власти посчитали, что он заплатил «за халатность» сполна.

Дочери Героя Советского Союза, коменданта Клуба НКГБ Рабцевича Людмиле было 20 лет

После пожара несколько военнослужащих, охранявших злополучную дверь на лестнице, ведущей к архиву гестапо, не выдержав мук совести, покончили с собой. Специальной комиссии было предписано в кратчайшие сроки расследовать все обстоятельства пожара, выдать пострадавшим необходимое количество обуви и ткани на восстановление гардероба, а семьям погибших выплатить единовременное пособие.

Точное число погибших в том пожаре не установлено до сих пор. Тех, кто разбился при падении или умер от ожогов, хоронили в одиночных могилах. А в братской могиле не Воинском кладбище в Минске похоронили два больших цинковых гроба с останками тех, кто заживо сгорел в здании.

www.istpravda.ru

Flat | Top-Level Comments Only

From:

abarinov.livejournal.com

сберегли во время нацисткой оккупации, и погибли уже в мирное время

From:

brekhoff.livejournal.com

Да уж, третий этаж никак не мог стать причиной "сотен смертей", ага. Падение с 6 метров, в снег - максимум переломы. Ужастик, нагнетание, эмоции. И полное незнание того, что там было на самом деле - налицо.

From:

mgsupgs.livejournal.com

Минимум с 8 плюс подоконник. Итого 9 метров. Смертельно.

Edited Date: 2013-01-03 08:31 pm (UTC)

From:

unexim.livejournal.com

Этот совкодрочер сейчас вам расскажет, что и могилы фальшивые. Несколько десятков фамилий на двух памятниках для них, блядей совковых, не ужастик ни разу. Они, упыри, меньше чем на тысячи не размениваются.

From:

brekhoff.livejournal.com

Дурачок, ты уже "десятки" насчитал? Это скока там фамилий-то? Показали б обелиск полностью - тогда б поговорили про "десятки", а тут - не видно. Автор текста про "сотни" бормотал, не объяснив, как вообще в таком особнячке могли свободно петь и плясать "сотни" человек (для дебилов напомню, что здоровый Дворец Съездов на 5 тыс чел, плотно сидящих, рассчитан). Но ты нам счас споёшь про "тысячи", ага. И только такой дебил из фразы "автор явно не знает ,что там было" может вывести всё то говно ,которое ты про меня придумал. Что характеризует.

Строительтный Идиотизм Е.Т.С.

"Хромая Лошадь" образца 1946 года.

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags