Когда приеду с лагерей...
Nov. 12th, 2007 03:40 pm
Вот тут и начался праздник. Недопившие до посадки стремительно
бросились наверстывать упущенное. У тех, кто уже успел принять свою
норму, неожиданно открылось второе дыхание и они составили компанию
первым. В трезвенников была практически насильственно влита первая
доза, после чего они немедленно изменили своим принципам, язвенники
все-таки отправились спать.
Меня единогласно назначили тамадой и заставили выпить эмалированную
кружку женшеневой настойки и запить ее такой же кружкой черного пива
"Монарх", после чего тосты из меня лились безостановочно.
В четвертый раз объяснив, что говоря "за присутствующих здесь дам",
я не имел в виду никого из собутыльников, заметил, что наступила
неестественная тишина.
За моей спиной стояла бригада поездной милиции - молодой лейтенант в
милицейской форме и два амбала в хаки и черных беретах.
- Поговорите с этим, - ткнул в меня пальцем лейтенант. - А я пока с
остальными разберусь!
Один из амбалов поднял меня за шкирку и просто вынес в тамбур.
Каким-то чудом я умудрился сцапать со столика бутылку настойки.
- Ты чё, бль, тут выступаешь? - спросил "носильщик".
- Да вот, мужики, со сборов возвращаемся - празднуем!
- С каких, бль, сборов?
- Ну, от военной кафедры института!
- А-а-а-а-а, студенты, бль! - разочарованно протянул второй.
- Мужики, может выпьем? - робко предложил я.
- Лейтенант настучит!
Я заглянул в вагон:
- Уже не настучит - уже можно!
Лейтенант работал тамадой вместо меня. Оказалось, что "мирные
граждане", в количестве шести мужиков, активно участвовавших в нашем
празнике, уболтали лейтенанта, да тот особо и не возражал!
Когда минут через двадцать я с амбалами вернулся из тамбура,
лейтенант уже сильно прихорошел, зачем-то разбудил нашего
подполковника и уговаривал его не мешать празднику.
Подполковник щурился, спросонок, и никак не мог понять, почему его
просят не делать того, что он и так не собирался делать. В конце
концов он скомандовал:
- Назначаю тебя ответственным! - и опять рухнул на подушку!
Воодушевленный лейтенант развил бурную деятельность - реквизировал
весь наличный алкоголь, расставил его в понятном только ему порядке и
заявил, что пить будем "по системе". Система была: пиво, водка,
настойки и снова пиво.
Амбалам были вручены две желтые карточки женшеневой и приказано
продолжать разборки со мной в тамбуре, что они с радостью пошли
выполнять.
Я пытался было повторить свою питерскую экскурсию, для поддержания
разговора, но мне было приказано заткнуться и пить молча - после чего
они начали рассказывать о службе и женщинах.
Как рассказали друзья - где-то через час меня в четыре руки внесли
обратно в вагон, уложили на мою полку и заботливо подложили вместо
подушки мой же сдутый футбольный мяч. А общая гулянка утихла только к
утру.
Я проснулся с чудесным отпечатком ниппеля на правой щеке и вообще
выглядел так, будто только что собственным лицом отразил пенальти,
проведенный арбузом из гаубицы.
"Утро китайского пчеловода" - вынес я диагноз своему отражению в
туалетном зеркале - глаза узкие и в голове жужжит!
По полю ночной битвы ходил довольный проводник - с ним поделились
остатками празничного стола - и работал медсестрой - наливал
страждущим пива из наших же баллонов "Монарха".
Подполковник пересчитал нас на перроне, поразился совпадению
количества тел со списком, поздравил нас с успешным окончанием
сборов, вручил какой-то пакет и дематериализовался.
В пакете оказалось "денежное довольствие", которое с чего-то нам полагалось.
В десятом часу утра возле ларьков Ярославского вокзала стояла толпа
усталых, нетрезвых, но очень довольных молодых людей, хлебающих пиво
и празднующих благополучное прибытие.
Сборы закончились!
***
Источники:
кружку женшеневой настойки и запить ее такой же кружкой черного пива
"Монарх", после чего тосты из меня лились безостановочно.
В четвертый раз объяснив, что говоря "за присутствующих здесь дам",
я не имел в виду никого из собутыльников, заметил, что наступила
неестественная тишина.
За моей спиной стояла бригада поездной милиции - молодой лейтенант в
милицейской форме и два амбала в хаки и черных беретах.
- Поговорите с этим, - ткнул в меня пальцем лейтенант. - А я пока с
остальными разберусь!
Один из амбалов поднял меня за шкирку и просто вынес в тамбур.
Каким-то чудом я умудрился сцапать со столика бутылку настойки.
- Ты чё, бль, тут выступаешь? - спросил "носильщик".
- Да вот, мужики, со сборов возвращаемся - празднуем!
- С каких, бль, сборов?
- Ну, от военной кафедры института!
- А-а-а-а-а, студенты, бль! - разочарованно протянул второй.
- Мужики, может выпьем? - робко предложил я.
- Лейтенант настучит!
Я заглянул в вагон:
- Уже не настучит - уже можно!
Лейтенант работал тамадой вместо меня. Оказалось, что "мирные
граждане", в количестве шести мужиков, активно участвовавших в нашем
празнике, уболтали лейтенанта, да тот особо и не возражал!
Когда минут через двадцать я с амбалами вернулся из тамбура,
лейтенант уже сильно прихорошел, зачем-то разбудил нашего
подполковника и уговаривал его не мешать празднику.
Подполковник щурился, спросонок, и никак не мог понять, почему его
просят не делать того, что он и так не собирался делать. В конце
концов он скомандовал:
- Назначаю тебя ответственным! - и опять рухнул на подушку!
Воодушевленный лейтенант развил бурную деятельность - реквизировал
весь наличный алкоголь, расставил его в понятном только ему порядке и
заявил, что пить будем "по системе". Система была: пиво, водка,
настойки и снова пиво.
Амбалам были вручены две желтые карточки женшеневой и приказано
продолжать разборки со мной в тамбуре, что они с радостью пошли
выполнять.
Я пытался было повторить свою питерскую экскурсию, для поддержания
разговора, но мне было приказано заткнуться и пить молча - после чего
они начали рассказывать о службе и женщинах.
Как рассказали друзья - где-то через час меня в четыре руки внесли
обратно в вагон, уложили на мою полку и заботливо подложили вместо
подушки мой же сдутый футбольный мяч. А общая гулянка утихла только к
утру.
Я проснулся с чудесным отпечатком ниппеля на правой щеке и вообще
выглядел так, будто только что собственным лицом отразил пенальти,
проведенный арбузом из гаубицы.
"Утро китайского пчеловода" - вынес я диагноз своему отражению в
туалетном зеркале - глаза узкие и в голове жужжит!
По полю ночной битвы ходил довольный проводник - с ним поделились
остатками празничного стола - и работал медсестрой - наливал
страждущим пива из наших же баллонов "Монарха".
Подполковник пересчитал нас на перроне, поразился совпадению
количества тел со списком, поздравил нас с успешным окончанием
сборов, вручил какой-то пакет и дематериализовался.
В пакете оказалось "денежное довольствие", которое с чего-то нам полагалось.
В десятом часу утра возле ларьков Ярославского вокзала стояла толпа
усталых, нетрезвых, но очень довольных молодых людей, хлебающих пиво
и празднующих благополучное прибытие.
Сборы закончились!
***
Источники: